День этот в народе нередко именовали Оспожинками, Госпожинками или Пречистою другою (для отличия от дня Успения). С одной стороны, такие названия, очевидно, были связаны с церковными наименованиями Пресвятой Девы Марии (ее обычными эпитетами были Госпожа и Пречистая); с другой же стороны, в них имелся намек на пожни - время после жатвы, когда справлялся праздник урожая.
Еще одно название этого дня - Осенины - отражало состояние природы в это время, наступление осени. Все эти названия относились не только ко дню Рождества Богородицы, но и ко всей неделе, предшествующей этому дню (т.е. недели с 1 по 8 сентября ст.ст.). Вообще, продолжительность праздника Госпожинок зависела обычно от урожая: чем урожайнее выдалось лето, тем дольше продолжался разгул, иногда тянувшийся целую неделю, а иногда и вообще представлявший собой цикл празднеств, тянувшихся от Успения до Покрова. К этому празднику приурочивались не только деревенские пиры и гостевание, но и разнообразные ярмарочные съезды и торжки.
Праздник госпожинок на Рождество Богородицы отмечался в народе по возможности широко и разгульно, по всем правилам хлебосольства и гостеприимства. К нему готовились заранее: хозяева варили пиво (обычно по числу ожидаемых гостей и по достатку, по большей части, от 10 до 15 корчаг), закалывали овцу или барана из своих, а также покупали говядину, бычьи голову и ноги для студня, доставали рыбы для кулебяки (хотя избранный день и падал на скоромный) и обязательно пекли пирог из домашней пшеничной муки и примесью купленной крупчатки. Вообще, на стол подавались плоды нового урожая, и при этом не скупились: угощение по поводу этого праздника обычно бывало одним из самых пышных в году.
За день или два до праздника по селу обычно пробегали малолетки, скликающие на пиршество родственников, и в первую очередь тех, которые сами в состоянии были отплатить угощением на своем празднике. Исключение составляли зятья, особенно молодые: ни тесть, ни теща, по древнему обычаю, не обходили их приглашением, даже если и не рассчитывали на ответный призыв. Обычай этот, очевидно, основывался на представлениях о важности добрых, мирных и хлебосольных отношений между семьями сватов. Обиженный свекор мог не отпустить своего сына и его жену к родителям снохи, поэтому сват и сватья у тестя и тещи их сына считались главными гостями на празднике, которых сажали за стол в передний угол, под самые образа. Впрочем, такие отношения продолжались только до семейного раздела: как только зятнин отец выделял сына (т.е. сын обзаводился своим хозяйством), он уже ни в каком случае не мог рассчитывать на обязательный прежде зов к своему свату, то есть к сыновнему тестю. При этом многие крестьяне в соблюдении праздничного хлебосольства принимали в расчет еще и равенство семьи: если число взрослых в одной семье значительно превышало число в другой, то последняя семья имела право уклониться от хлебосольных отношений по отношению к первой семье. Но если между двумя семьями уже установились дружеские, близкие отношения, они, как правило, поддерживались долгое время, вплоть до крупных изменений в семейном строе.
Из дома тестя в гости к зятю, если он являлся самостоятельным хозяином, на празд-ник приглашался, в первую очередь, глава родственной семьи, а также его жена и старшие сыновья, также с женами и детьми. Если же зять в своей семье находился на второстепенном положении, то приглашался, как правило, только один его тесть с женой. Приглашение целой семьи происходило только в том случае, если обе семьи чересчур сдружились, и когда они обе были приблизительно равночисленны. Из дома свата в первые годы после свадьбы тесть приглашал самого свата с женой и старшего сына, если таковой имелся, а затем и других членов семьи, пользующихся в ней особенным влиянием. Дети зятьев в гости к своему деду брались все без исключения: они неизменно пользовались особенно нежным уходом и заботливостью со стороны своей бабуш-ки по матери и нередко оставались у бабушки и дедушки на несколько дней после праздника. Вообще, для детей это время считалось самым приятным в течение целого года, так как в гостях у бабушки и деда они постоянно окружались особой заботой, угощались различными лакомствами и вообще чувствовали себя полными хозяевами.
С Рождества Богородицы начиналась луковая неделя, когда женщины убирали лук с гряд (впрочем, в некоторых местах лук начинали убирать и раньше, например, с 17 сентября). А в Пензенской и Саратовской губ. Рождество Богородицы именовали еще Пасиковым днем, так как в это время убирали пчел с пасек, пчельников.
Наталья Шапарова, БАБР.RU
Информационный центр "БАБР.RU"